Ринат Хайров: «Вот мы и начали заниматься реконструкцией и модернизацией военных заводов»
Ринат Хайров: «Вот мы и начали заниматься реконструкцией и модернизацией военных заводов»

Ринат Хайров: «Вот мы и начали заниматься реконструкцией и модернизацией военных заводов»

«Я С ДЕТСТВА ПО СКВАЖИНАМ ЛАЗИЛ»


— Ринат Шамильевич, вы участвуете в праймериз ЕР по Альметьевскому одномандатному округу №30, а не по партсписку...

— В 2011 году я был избран в Думу по списку «Единой России». Тогда предполагал: вот, приду в парламент, будем законы нужные принимать... Но, как быстро выяснилось, есть партийная дисциплина, есть фракционное большинство, есть вопросы политической целесообразности. Когда пару раз пытался выступить, мне сразу сказали: «Так, а на фракции ты вопрос согласовал? Есть утвержденная позиция фракции!» А вот депутат-одномандатник, за которого напрямую проголосовал народ, куда более свободен, у него руки развязаны. И если меня выберут граждане — мои земляки, то я смогу более эффективно отстаивать интересы моих избирателей.

— Но почему именно в Альметьевском округе? Что вас связывает с нефтяной столицей Татарстана?

— Я родом из Альметьевска. Отец у меня нефтяник, он был машинистом подъемника. Я с детства по скважинам лазил, целыми днями, для меня это родное. Я вырос в Альметьевске, в садик там ходил, школу и техническое училище закончил, слесарем КИПиА работал, в армию ушел оттуда... Отслужив в Германии, вернулся в родной город. Еще в армии мне пришла бумага — как это меня нашли! — из военкомата с приглашением поступить в строительный институт. И я отправился в Казань, куда раньше приезжал только бороться...

— Спортом занимались?

— Ну да, в молодости — самбо и дзюдо. Одноклассник, с которым мы вместе в Казань приехали, уговаривал: пойдем в мед! Помню, пришли мы на площадь Куйбышева, сели на второй трамвай, доехали до КИСИ... Зашли туда, смотрим: все идут с тубами большими. А в комнате, где сидит приемная комиссия, чертежи, чертежи на стенах, завод ЖБИ в разрезе. Я развернулся и другу говорю: пошли отсюда, это не для меня! Ушли, прошли мимо меда, друг опять: давай, может, сюда сдашь документы? Нет, отвечаю. Идем дальше, а там как раз финансовый институт по дороге: «Зайдем?» — «Зайдем!» Зашли, а там одни девчонки, мы аж растерялись. Ну и сдали документы. Вот так и попали в финансовый институт. Тогда он не был очень престижным. Но именно в тот поток, когда мы поступили, много парней пришло. И когда были межвузовские соревнования, то первые-вторые места по поднятию гири, по борьбе занимал женский вуз КФЭИ. Все очень удивлялись...

1463214430_1463056155_print_1168407_1416003.jpg

«НО ТЫ ЖЕ КРАСИВО ОТДАЛ МАШИНЫ, КАК СПОНСОР, ЭТО ТЕБЕ РЕКЛАМА»


— Финансовый институт вы закончили в 1989-м, это особое время...

— Вы же знаете, что тогда в стране происходило. Жизнь меня после вуза бросила в минфин РТ — мне надо было жить где-то, а там комнату давали. В те годы как раз начиналось кооперативное движение в стране, и в республиканском минфине создали новый отдел — по работе с кооперативами. В этот отдел с нашего выпуска мы пришли сразу вчетвером. Бюджетники тогда получали зарплату в 120 рублей, а нам дали 200. Ух, как на нас смотрели: вот ведь миллионеры! Мы, конечно, мало что знали о кооперативах, изучали методом проб и ошибок. Тогда не было бухучета как такового: доходы считаешь и расходы, и все. Помню, как в Альметьевск приехал проверять строительный кооператив. Там бухгалтер мне говорит: «Ринат, учись, ты нас проверять пришел, но мало что знаешь». В общем, я сидел на проверке, но не столько проверял, сколько меня учили, как цифры сводить. Это сейчас проще: в компьютер программу 1С забил, она все тебе сосчитает. А раньше — журналы, «самолетики», то есть табличка дебет-кредит, куда цифры вставляешь...

— Как сегодня думаете, вы правильно выбрали профессию?

— В десятку попал! В то время самые предприимчивые люди были именно кооператоры, это как во времена нэпа. Мне и самому захотелось бизнесом заняться — не проживешь на одну зарплату, и я пошел в открытое плавание. Вообще, в те времена был сплошной бартер. Пытался создать предприятие по выпуску удобрений, создал с друзьями и с УАЗ компанию «УАЗ-Казань» по производству автомобилей« УАЗ» на территории Татарстана. Это было крупное предприятие, мы организовали хорошую сборку автомобилей в Высокогорском районе, продавали их в Узбекистан и в другие регионы нашей страны. Главой района был Рустам Нургалиевич Минниханов.

— Вы с ним тогда и познакомились?

— Нет, мы познакомились, когда я еще работал ревизором, а он в Арске возглавлял райпо. Вот его я как раз и проверял, и он меня запомнил как въедливого ревизора. Мне нравилось, что он, став главой, создавал условия для открытия и продвижения бизнеса. Потом, когда у нас предприятие открылось в Высокогорском районе, мы уже более плотно общались. Наше предприятие всегда участвовало в проведении спонсорских мероприятий: председателям колхозов, на соревнования мы отдавали свои уазики. Но я как-то посчитал: мне дали льготу на такую-то сумму, и на такую ровно сумму я отдал уазики. А в чем же заключается льгота?! Но Рустам Нургалиевич на это мне заявил: ты же красиво отдал машины, как спонсор, это тебе реклама, а так бы просто заплатил налоги, никто бы этого и не заметил...

1463056028_IMG_20160512_043718.jpg

«В НОВЫЙ КАБИНЕТ Я ПРИШЕЛ В СВОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ, МНЕ 34 ГОДА ИСПОЛНИЛОСЬ»


— Вам еще в 90-е довелось и банкиром побывать?

— В группе Татфондбанк мы вместе работали — Роберт Мусин, Ринат Губайдуллин... Я тогда более года был председателем правления ТФБ. Денег в то время катастрофически ни у кого не было, мы работали с векселями, причем векселя ТФБ были очень надежными. В то время мы с администрацией Казани создали продукт по расшивке неплатежей в городской бюджет и между предприятиями. Нам удалось тогда расшить неплатежи города. После ТФБ, в 98-м, Рустам Нургалиевич тогда был министром финансов, меня пригласили... Ну как пригласили, мне просто сказали: идешь в минфин РТ первым замом. Было очень интересное время. Под моим руководством работали те, кто позже стал крупной фигурой: Роберт Мингалеев, Марат Шагитов, Марат Зарипов... Но я там недолго работал, месяца четыре, потом меня назначили руководителем управления ФНС по РТ...

— Надо думать, Рустаму Нургалиевичу запомнилось, как вы его хорошо проверяли в Арске...

— Мне предложили эту должность, тогда еще Фарид Хайруллович Мухаметшин был премьер-министром РТ. Когда я пришел к нему на согласование, он спросил: «Так ты из Альметьевска? Кто родители?» Я говорю: вы их не знаете, они простые работяги... В новый кабинет я пришел как раз в свой день рождения, 22 июня 1998-го мне 34 года исполнилось. Стал самым молодым начальником налоговой службы в России...

— Тяжело было?

— Скажу так: нет. Тот коллектив, который там был, он и остался. Я же их всех знал, я же там работал ревизором, в этом коллективе и вырос практически. Так что с коллективом мне не было тяжело. Я никого не уволил, просто немного поменял стиль работы. А тяжело было в чем? 1998 год — это же кризис. Не было денег в бюджете, не выплачивали зарплаты, нечем было платить пенсии... Тогда на пост премьера пришел Минниханов, и мы работали в команде под его руководством.

1463214460_1463056184_P1060264.jpg

«СТАЛИ ОБЪЕЗЖАТЬ ВОЙСКОВЫЕ ЧАСТИ, СМОТРЕЛИ ХРАНЕНИЕ ТЕХНИКИ — ЭТО БЫЛ ТАКОЙ МЕТАЛЛОЛОМ!»


— В 2007-м вы стали советником министра обороны России. Как попали в Москву?

— Когда я работал в налоговой службе, мне там было интересно, все были выдающиеся личности. Общался с опытными налоговиками из разных городов России, и они учили молодого-зеленого! А начальником налоговой Питера вскоре стал Анатолий Эдуардович Сердюков. Так что мы еще с тех времен были знакомы. Он был такой же руководитель, как и я в Татарстане, мы все время встречались на разных мероприятиях. Я почти 10 лет в налоговой проработал. У нас очень сильный коллектив, мы многие программы писали, например по проверке нефтянки. Уровень работы подняли высоко, и спасибо ребятам, которые после меня остались, — наша налоговая и сегодня на высшем уровне. В 2007-м я ушел из налоговой, хотя меня очень долго не отпускали, и стал опять предправления ТФБ. Банк, зарплата хорошая, работа интересная... А Сердюков в феврале 2007-го стал уже министром обороны. И вскоре мне позвонил: приезжай, надо поговорить. Потом он еще раз меня пригласил — на Камчатку, я прилетел, посмотрел, какая там ситуация. Чуть позднее, хорошо помню, что я в тот вечер — пятница была — на рыбалку поехал, Сердюков снова звонит: «Ты где?» — «На рыбалке!» — «Мы работаем, а ты рыбу ловишь! Тебе два дня, чтобы в понедельник был в Москве, на работе, будешь моим советником». Для меня это, честно говоря, был шок. Жена беременная, работа в банке хорошая — и ехать в Москву? Отправился посоветоваться к Рустаму Нургалиевичу: что делать? Он говорит: езжай! И в понедельник я уже был в Москве. Еще из банка даже не уволился...

— Про то время пишут кардинально противоположное: одни говорят — погубили армию, другие — негласно модернизировали армию на зависть Западу. А как на самом деле?

— Я просто расскажу, что было. Мне дали в минобороны два крупных субхолдинга: занимайся ими. Главной задачей поставили наведение порядка в финансовых потоках и производственных процессах. Мы стали объезжать войсковые части, смотрели хранение техники, смотрели, как делается ремонт... Это был такой металлолом! Все в ужасном состоянии... Мы же срочную служили и знаем, в каком состоянии была армия и в каком стала. Та же старая техника и все остальное. Если связь, то она, как правило, не работает, если машины, то они не на ходу... И какой такой ремонт могут сделать солдаты? Этим должны заниматься заводы-изготовители. А многие из них уже ликвидировались. Вот мы и начали заниматься реконструкцией и модернизацией военных заводов...

Оригинал статьи можно найти на сайте business-gazeta.ru

Возврат к списку новостей